Не успела появиться статья на тему – реально ли правительству закрыть Интернет в России – как тут же посыпались комментарии и письма. Тема вызвала такой интерес, что я решил выяснить точку зрения еще одного специалиста.
Виктор Николаевич Сергеев (имя изменено, причины будут понятны далее), мой давний знакомый, кандидат экономических наук, не блоггер, но заядлый «интернетчик». В свободное время изучает проблему качества информации в Интернете, даже подумывает над тем, чтобы написать книгу на данную тему. Работает в аппарате областной администрации.
Я: Скажи, что ты думаешь по вопросу закрытия Интернета в России?
Сергеев: Полностью закрыть Интернет в России, то есть отключить на территории Российской Федерации Интернет – это натуральное сумасшествие. Это невозможно, поскольку в нынешней ситуации это означает обрушение экономики и смену власти насильственным путем.
Я: Насильственным путем?! Ты считаешь, что блоггеры поднимут восстание?!
Сергеев: Нет, конечно! (Смеется). Тут дело в другом. В современной России практически все серьезные структуры завязаны на сайты в Интернете. Все банки, все государственные организации имеют сайты, активно развивается система онлайн услуг. Лиши их доступа в Интернет означает: вышвырнуть их с мирового рынка своими руками. Система интернет-торговли развивается не по дням, а по часам. Поэтому если запретить доступ Интернет – это отбросить страну в Средневековье. Но дело не только в этом. Несмотря на то, что на сегодняшний день порядка 80% российских юридических лиц своих сайтов не имеют (или у них такие сайты, что без слез не взглянешь), интернет-бизнес развивается. На сегодня российский виртуальный бизнес, реклама в Интернете – это миллиарды долларов ежегодно. И свою долю в этом пироге имеют очень серьезные люди – те, кого принято считать элитой. Ни один политик, будучи в здравом уме и твердой памяти, не станет наступать на коммерческие интересы собственной элиты. Поэтому, запретив Интернет, Путин в ответ получит таких врагов в собственном окружении, что не приведи Господи. Вот почему вероятность полного запрета нулевая и нет смысла даже серьезно обсуждать это.
Я: Ты меня успокоил. Но как же тогда быть с заказом правительства, с этим лотом № 13 – вот тут?
Сергеев: На самом деле ограничения Интернета есть во многих странах – в том числе и в тех, которые перечислены в этом техническом задании. И, кстати, в тех же США ограничения достаточно жесткие. Вот тебе пример. Есть такое понятие: абузоустойчивый хостинг (от английского слова abuse – жалоба). Абузоустойчиость означает, что хостинг-провайдер не прикроет твой сайт по первой же кляузе. Так вот, те же американские хостинги отнюдь далеко не самые абузоустойчивые. В Соединенных Штатах, например, очень серьезно относятся к вопросам педофилии, распространения наркотиков, а уж что касается компьютерных преступлений, ботнетов – такой сайт могут запросто «прихлопнуть». Но вот в этом самом лоте 13 перечислены разные страны – и все свалены одну кучу! А вот тут-то, как говорится, «собака и порылась»! Это принципиальная ошибка!
Я: Не совсем понял.
Сергеев: Смотри. США, Великобритания, Франция, Германия и Канада – это одно. В этих странах ограничения Интернета касаются таких преступлений, как педофилия, детская порнография, распространение наркотиков, нарушение авторских прав, распространение вредоносных программ, спам, взломы, мошенничество, компьютерные преступления. И законодатели именно на это обращают особое внимание. Что касается критики правительства – да ругай ты его на доброе здоровье! За то, что ты в США напишешь в своем блоге «Обама дурак» или «копы садисты» тебе никто ничего не сделает. Также в этих странах существует реальное правосудие и независимые суды: для того, чтобы закрыть сайт, нужно решение суда, которое реально опротестовать. Более того, в этих странах исторически принято с уважением относиться к прессе и СМИ. И если в тех же США или в Великобритании в Интернете начнет распространяться диск типа «Ампутинации», в котором будут приводиться конкретные факты преступлений членов правительства – на это будет обращено самое пристальное внимание. Убежден: в результате появления сотой доли подобных фактов, какие появлялись в Рунете относительно «дворцов Путина» и коррупции в его ближайшем окружении, в США, Великобритании, Франции, Германии, и Канаде правительство не просто уйдет в отставку, а это будут громкие уголовные дела. В этом случае тот же Уотергейт покажется невинной детской забавой.
А вот в Китае, Казахстане и Белоруссии ситуация принципиально иная. Там основное внимание обращают на инакомыслие. Там написать «Лукашенко дурак» гораздо опаснее, чем разместить ролик с порнухой. В первом случае это чревато тюремными сроками, а во втором случае – бабушка надвое сказала…
Мое мнение – Путин стремится пойти именно по китайскому пути и начать с помощью новых законов отлов и наказание инакомыслящих.
Я: То есть, если я правильно тебя понял, нам следует готовиться к наказаниям за «мыслепреступления»?
Сергеев: И да, и нет. То, что подобными техзаданиями Путин стремится ограничить свободу слова в Интернете и превратить его в некое подобие «первого канала» лично для меня очевидно, как Божий день. Цель – получить право закрыть любой интернет-ресурс без постановления суда и привлекать людей к уголовной ответственности за «мыслепреступления», а точнее – за критику высших должностных лиц. Но вот то, что у него это получится, лично у меня вызывает серьезные сомнения.
Я: Почему?
Сергеев: Много лет назад мой командир в армии любил повторять: если не можешь проконтролировать выполнение приказа – лучше вообще не приказывай. Контролировать Рунет уже практически нереально. Поэтому, с моей точки зрения, если на основании этого техзадания какой-нибудь закон и родится, это закончится тем, что Путина в очередной раз выставят на посмешище. И эти деньги на составление сей бумаги будут просто выброшены на ветер. Впрочем, это и так понятно – даже на мелочах откаты делают…
Я: Ты о чем?
Сергеев: А вот о чем. Сумма этого контракта – 973 000 рублей. Теперь давай посчитаем. Ни для кого не секрет, что в современной России дипломы и диссертации пишутся за деньги. Так вот, каюсь, грешен, но я тоже этим подрабатываю и частенько пишу нерадивым студентам дипломы и курсовые. Вот тебе расценки:
- Небольшое эссе – от 2 до 3 тысяч рублей
- Реферат – от 5 до 7 тысяч рублей
- Курсовая работа – от 12 до 15 тысяч рублей
- Дипломная работа – от 20 до 30 тысяч рублей
- Кандидатская диссертация – от 100 до 150 тысяч рублей
- Докторская диссертация – от 200 до 300 тысяч рублей
Так вот, уровень этого техзадания – дипломная работа. На кандидатскую диссертацию это тянет с превеликим трудом: о докторской я вообще не говорю. Так что, изначально цена даже на уровне лота завышена в самом лучшем случае примерно в 10 раз. А реально – раз в тридцать. Даже с учетом налогообложения. (Улыбается). Господи, даже в таких мелочах – и то стремятся руки погреть… Правильно написал Михаил Шолохов – даже с говном не расстанутся…
Я: Последний вопрос – а почему ты согласился ответить на мои вопросы на условиях анонимности? Ты чего-то опасаешься?
Сергеев: Я не хочу проблем. Сейчас, работая во властных структурах, за такие мысли, как у меня, за такие разговоры, за подобные выводы вполне реально получить кучу проблем. И это в лучшем случае: в худшем случае можно и работы лишиться. Власть нынче реально напугана и «охота на ведьм» идет полным ходом. Так что, лучше я побуду под вымышленным именем: целее буду.
Закрыть Интернет в России
